www.StudLib.com
Студенческая библиотека
Студенческая библиотека arrow История русской литературы XIX века. Часть 1: 1795-1830 годы (Под. ред. В.И. Коровина) arrow Замысел комедии “Горе от ума” и комедийная традиция
Замысел комедии “Горе от ума” и комедийная традиция

Замысел комедии “Горе от ума” и комедийная традиция

   Во времена Грибоедова на русской сцене господствовали два вида комедий: “легкая комедия” и “комедия нравов”. Первая не ставила перед собой цель исправлять нравы, вторая делала такие попытки. Перед началом спектаклей или между актами, в дополнение к основной пьесе зрителей развлекали интермедиями, в которых разыгрывали сцены в духе водевилей. Иногда на театре водевили игрались в качестве самостоятельных произведений.
   В некоторых списках комедии “Горе от ума” был предпослан эпиграф чисто водевильного свойства:

   Судьба, проказница-шалунья,
   Определила так сама:
   Всем глупым счастье от бездумья,
   Всем умным – горе от ума.

   Замысел комедии с самого начала включал сочетание легкой светской комедии с комедией нравов и с водевилем. Выражение “горе от ума” пришло из водевиля, но лишилось водевильного шаловливого оттенка, и его смысл стал более серьезным, более драматичным. Но в окончательном заглавии комедии не сохранилось нравоучительного оттенка, свойственного содержанию комедии нравов и просветительской драматургии. В раннем названии – “Горе уму” подразумевалось, что основным “героем” был просветительский разум, и оно несло гораздо больше философского смысла, намекая на крушение просветительского разума. Чацкий в комедии – носитель отвлеченного ума, его сценический инструмент. Выражение “горе от ума” более связано, по замыслу Грибоедова, с индивидуальным лицом, с Чацким.
   В новом заглавии Грибоедов подчеркнул, что Чацкий – главный герой, а ум – одно из его свойств, качеств, определяющее содержание личности и характера. В дальнейшей истории смысл названия “Горе от ума” относили уже не только к Чацкому, но и к автору, самому Грибоедову. Название стало символическим, потому в нем выразилось положение просвещенного и либерального дворянского интеллигента в 1-й четверти XIX в. Многие русские люди того времени могли сказать о себе, что они испытали горе от ума, и не раз сетовали на это обстоятельство. В названии комедии слышались и критика просветительского разума, и праведная досада человека романтической эпохи, не понимаемого обществом. В новом названии комедии есть легкость, но нет шаловливости. Оно удерживает серьезность и драматизм. И главное – в нем заострена парадоксальность: естественно, если причиной горя выступает глупость, но совершенно противоестественно, если причиной этому становится ум.
   В окончательном заглавии не сохранилось нравоучительного оттенка, свойственного содержанию комедии нравов и просветительской драматургии. Это значит, что Грибоедов избегал излишней нравоучительности и не питал надежды на возможность исправления пороков комедийным действием и словом. Но драматург изменяет отношение и к легкой, светской, развлекательной комедии. Он устраняет из нее легковесность содержания и сохраняет непринужденный, изящный, эпиграмматический и афористический стиль, живость диалогов и остроту реплик.
   Таким образом, Грибоедов воспользовался и комедией нравов, и легкой, светской, развлекательной комедией. Однако ни та, ни другая не могли ему помочь в освещении общественно значимого замысла.
   Для воссоздания общественного конфликта Грибоедову понадобилась традиция “высокой” комедии, восходящая к Аристофану, а в новое время – к Мольеру. Как отметил Пушкин, “высокая” комедия близка трагедии, хотя и лишена обязательной для трагедии неумолимой роковой предначертанности судьбы.
   Комедия “Горе от ума”, содержанием которой стали большие общественные проблемы, написана в традициях жанра “высокой” комедии. Но общественные проблемы составили лишь одну линию конфликта. Другая связана с любовной интригой, и потому жанр “высокой” комедии нуждался в “прививке” комедии нравов и “легкой” комедии.
   И те, и другие комедии различались также по форме организации действия. Если конфликт был обусловлен характерами, то такая комедия принадлежала к комедии характеров. Если же конфликт вытекал из положений, в которых оказывались действующие лица, то такая комедия называлась комедией положений. Пример типичной комедии характеров – “Ревизор” Гоголя, а комедии положений – “Стакан воды” французского драматурга Э. Скриба. Конечно, драматурги часто сочетали комедию положений с комедией характеров. В “Горе от ума” есть множество комедийных положений: слов Чацкого не слышит Фамусов, заткнув уши; падает в обморок Софья, услышав о падении Молчалина с лошади, и т. д.). Но в целом “Горе от ума” – комедия характеров, и ее действие развивается из противоречий, связанных с характерами персонажей.
   В истории драматургии различались также театр действия (пьесы, более предназначенные для сцены) и “театр слова” (пьесы, более пригодные для чтения). Грибоедов добивался в “Горе от ума” согласия, гармонии между ними, но достичь их в полной мере ему не удалось. Монологи Чацкого обращены к партнерам не содержательно, а только диалогической внешностью. Чацкий обращает содержание диалогов и реплик к нам, зрителям, потому что трудно поверить, будто он надеется вразумить Фамусова, Молчалина, Скалозуба или Репетилова. Монолог по своему месту в сцене двоится: содержательно он обращен к зрителям, формально – к собеседнику. Поэтому каждый монолог Чацкого может рассматриваться не только неотъемлемой частью комедийной сцены, но и независимым от нее, вполне самостоятельным лирическим произведением. Наконец, в монологах Чацкого есть значительная доля авторского присутствия, авторской лирики. Их патетика характеризуется личной страстностью не только героя, но и автора. В этих монологах совмещены пышное красноречие, ораторский талант героя, его неравнодушная натура и одновременно голос автора. Стремясь мотивировать монологи Чацкого его характером, Грибоедов смягчал резонерскую, моралистическую, “учительскую” роль Чацкого.
   Помимо комедийных, в создании “Горе от ума” заметно участие и других жанров: гражданской оды, близкой к ней обличительной сатиры. Монологи Чацкого, а отчасти и Фамусова – это своеобразные либо похвальные, либо сатирические оды, исполненные гнева и ярости. Конечно, похвалы Фамусова старым нравам выглядят иронично, но сам герой, произнося их, испытывает неподдельный пафос и нисколько не сомневается в правоте своей патетики.
   Кроме “высоких” жанровых форм, легко заметить в “Горе от ума” и “низкие”: эпиграмму на явление или “на лицо”, пародию на балладу, на сентиментальные сюжеты и язык. При этом “высокая” комедия мольеровского типа включала публицистику, нравоописание, любовно-психологическую драму, лирическую стихию.
   С давних пор у комедийных персонажей имелся устойчивый набор комедийных ситуаций, которые авторы варьировали. Со временем сложились легкоузнаваемые и неизменные черты, которыми обладали театральные сценические маски, называемые амплуа. Некоторые актеры исполняли роли (амплуа) первых любовников, другие – добродетельных, но легковерных отцов, третьи – резонеров, насмешливо относящихся к глупостям персонажей и выражающих интересы автора, которые разделяют и зрители. Среди таких постоянных масок, театральных амплуа, была распространена роль служанки, наперсницы госпожи, или, по-театральному, субретки. Черты ее легко угадываются в Лизе, служанке Софьи. Не менее распространено было и амплуа первого любовника. Его роль отведена в комедии Молчалину, но осложнена тем, что совмещена с амплуа глупого любовника. А на маску ложного жениха у Грибоедова претендуют сразу три персонажа: Чацкий, Скалозуб и отчасти Молчалин. Роль ветреной дочери и главной героини играет Софья, а легковерного, но далеко не добродетельного отца – Фамусов. Чацкий напоминает сразу несколько сценических масок, несколько театральных амплуа.
   Помимо амплуа злого умника, говоруна, ложного жениха, Чацкий выступает и в роли героя-резонера. Ему доверено в комедии быть рупором авторских идей и насмешливым судьей персонажей. Герой-резонер обычно выведен за пределы комического действия. Над ним по неписаным комедийным правилам запрещено смеяться. Потешаться над персонажами, учить или обличать их может только он. Обычно герой-резонер доносит до зрителя авторские идеи о государственном устройстве или проекты достижения общего блага. Стародум у Фонвизина – классический образец резонера – государственный муж и мудрый учитель жизни, наставник всех положительных персонажей, а через них – зрителей.
   Итак, каждый персонаж вмещает различные амплуа, а Чацкий даже четыре: злого умника, говоруна, ложного жениха и героя-резонера. Грибоедов сопрягает разные маски в одном образе. И эта комбинация разных амплуа, порой противоречащих друг другу, создает особых героев, непохожих на персонажей прежних комедий. Такая непохожесть усиливается благодаря своеобразию национально-исторического содержания комедии.

 
< Пред.   След. >