www.StudLib.com
Студенческая библиотека
Студенческая библиотека arrow История русской литературы XIX века. Часть 2: 1840-1860 годы (Под. ред. В.И. Коровина) arrow “Русалка” (1832)
“Русалка” (1832)

“Русалка” (1832)

   Проблема особой власти звуков и “музыки” получила в этой балладе своеобразное разрешение. В “Русалке” “музыка” создается чередованием четырехстопного амфибрахия с трехстопным анапестом, причем в том и в другом размерах применены парные мужские рифмы. Это создает впечатление колеблемых волн и в то же время усыпляющей, “сладкой” инструментальности. Лермонтов, словно “музыкально”, воспроизводит чарующие звуки и ритмы, намекая на русалочьи призывы и песни. По форме стихотворение представляет собой ослабленную в сюжетном отношении балладу с перевернутым сюжетом, слитую с простым, общепонятным и вместе с тем условным романсом.
   Сюжет баллады, включающей фольклорный компонент, строится на том, что все события давно совершились: “витязь чужой стороны” уже стал “добычей ревнивой волны”. Русалки не обманули его, околдовав обещаниями райской жизни. Они не хотели смерти витязя, но он, независимо от их воли, умер и не может ответить на их ласки. Русалки даже не понимают, почему витязь “к страстным лобзаньям” “остается… хладен и нем”, “не дышит, не шепчет во сне…”. И теперь уже тоска вселяется в жаждущее любви, но обманутое женское сердце. Баллада, стало быть, не содержит конфликта и антагонизма: витязь и русалки, как это подразумевается, испытывают взаимное тяготение друг к другу. При этом русалкам в их раю не хватает страстной любви, а витязю – светлого рая. Однако независимо от их желаний катастрофа подстерегает и человеческий, и русалочий миры – витязь не может жить в новой для себя стороне, а русалка “полна непонятной тоской”, страдая от неразделенной любви. Между природным и человеческим мирами всякая живая связь нарушена. Попытки преодолеть заповедную непроницаемую границу, “обмануть” существующее устройство вселенной безнадежны и гибельны.
   Особенность этого стихотворения еще и в том, что “музыке” сопутствует обилие световых и цветовых слов. Природа над рекой и под рекой уснащена зрительными эпитетами, и вся картина кажется освещенной, даже, казалось бы, в полной темноте, на дне реки. Там развернуты роскошные пейзажи: “играет мерцание дня”, “рыбок златые гуляют стада”, “хрустальные есть города”, ложе витязя – “подушка из ярких песков”, он лежит “под тенью густых тростников”. Мрак не мешает проникать свету, источник которого скрыт. Сюжет трагедии возникает на фоне звукового и живописного богатства природы, сущность которой непонятна и таинственна.

 
< Пред.   След. >