www.StudLib.com
Студенческая библиотека
Студенческая библиотека arrow Экономика труда (С.Н. Трунин) arrow 8.2. Трансформация системы социального партнерства в условиях глобализации
8.2. Трансформация системы социального партнерства в условиях глобализации

8.2. Трансформация системы социального партнерства в условиях глобализации

   В 1990-е гг. началась новая фаза в развитии мирового хозяйства - глобализация. Для правильного понимания ее сущности следует рассматривать глобализацию с двух сторон. Во- первых, это, безусловно, прогрессивное явление, поскольку в основе глобализации экономики лежит объективный процесс интернационализации хозяйственной жизни. Однако при всей своей важности эта сторона современной глобализации не раскрывает ее специфики. Ведь процесс интернационализации производства шел уже на протяжении достаточно длительного периода, получив значительное ускорение после Второй мировой войны. Во-вторых, выявление качественного своеобразия экономической глобализации предполагает рассмотрение той конкретной социально-экономической модели, в рамках которой и осуществляется глобализация. Именно она определяет направленность и движущие силы данного процесса. 1990-е гг. ознаменовались торжеством неолиберальной модели глобализации, что было обусловлено распадом СССР и ликвидацией мировой социалистической системы. Стала вполне реальной перспектива формирования однополярного мира, в котором все страны должны признать политическую гегемонию США и принципы либеральной рыночной экономики.
   Данная модель оказывает большое влияние на социально- экономическое развитие всех стран мира, в том числе и на со- циально-трудовые отношения. Формирование неолиберальной модели глобализации делает неизбежной трансформацию сложившихся на Западе в послевоенный период систем социального партнерства.
   Процесс неолиберальной глобализации развивается в ходе взаимодействия трех сил: глобализирующегося капитала, представленного транснациональными корпорациями и мировыми финансовыми центрами; национальных государств; международных экономических организаций.
   При этом необходимо отметить, что сама неолиберальная модель предполагает максимальное ослабление роли и влияния национальных государств. Теоретическая концепция этой модели рассматривает суверенитет (и экономический, и политический) и отчасти даже само государство как устаревшие и отмирающие понятия. Стихийный рыночный механизм, трактуемый как идеальный и совершенный, провозглашается, по существу, единственным регулятором экономического развития. Отсюда логически вытекает вывод о необходимости ослабления хозяйственного значения государства.
   Важнейшую роль в развитии процесса глобализации играют транснациональные корпорации (ТНК), ставшие основными субъектами современной мировой экономики. ТНК существенно меняют систему международного разделения труда. Они заинтересованы в одностороннем, анклавном развитии экономики большинства стран мира. ТНК создают только отвечающие международным стандартам конкурентоспособные предприятия, число которых в большинстве стран мира невелико. В результате экономический выигрыш получает лишь незначительная часть населения. Усиливается социально-экономическое расслоение и обнищание основной массы населения. Анклавное развитие, по существу, исключает возможность перехода к прогрессивной наукоемкой модели экономического роста. В условиях, когда множество людей готово работать за нищенскую заработную плату, предприниматели совершенно не заинтересованы во внедрении передовых технологий.
   Методы, с помощью которых в прошлом регулировалась внешнеэкономическая деятельность (высокие таможенные пошлины на импортную продукцию, субсидии и налоговые льготы экспортерам, установление квот ввоза и вывоза на определенные виды продукции и т.д.) при развитии внутрифирменной интеграции и специализации на уровне зарубежных филиалов ТНК, стали утрачивать действенность.
   Конфронтация с ТНК влечет за собой неблагоприятные последствия. Капиталы международных монополий, доходы, полученные от продаж функций филиалов ТНК в стране пребывания, начинают в возрастающих масштабах переводиться за рубеж. При этом в условиях открытой экономики противодействовать этому процессу практически невозможно. Итогом становится существование постоянной угрозы дестабилизации хозяйственной жизни, подрыва курса национальной валюты, падения курсов акций, понижения уровня жизни населения.
   Важным субъектом модели неолиберальной глобализации стали мировые финансовые центры (МФЦ). Они контролируют наиболее мобильный элемент кругооборота капитала - деньги. Манипулируя ими, МФЦ сосредоточивают в своих руках огромную экономическую мощь. Особую силу им придают последние достижения информатики, позволяющие осуществлять мгновенные операции и в кратчайшие сроки перебрасывать огромные суммы в любые точки земного шара. Важную роль в развитии принципиально новой глобальной финансовой системы играют многочисленные оффшорные и другие льготные зоны, позволяющие уходить от национально-государственного законодательства.
   МФЦ существенно меняют приоритеты хозяйственной деятельности. Критерий наибольшей рентабельности и сокращения сроков оборота капитала становится доминирующим. Все большая часть финансовых средств направляется не в реальный сектор экономики, а в чисто спекулятивные сделки. На каждый доллар, обращающийся в реальном секторе мировой экономики, приходится до 50 долл. в финансовой сфере. Уже в начале 1990-х гг. ежедневный оборот валютных бирж превысил совокупные валютные резервы центральных банков ведущих стран мира.
   В результате даже при согласованной политике всех этих государств они не могут направлять для борьбы против спекулятивных операций средства, сопоставимые с оборотами финансовых рынков. Становится очевидной реальная возможность международных финансовых спекулянтов обрушить финансовые рынки даже экономически мощной страны практически любой ценой. Что же касается менее развитых государств, то они оказываются в прямой зависимости от внешних кредиторов, навязывающих им формы прямого контроля и регулирования их внутренней экономической политики.
   Огромную роль в реализации неолиберальной модели глобализации играют международные организации (МВФ, ВТО, международные и региональные банки и др.). Они все в большей степени превращаются в инструмент экономического давления наиболее развитых стран на развивающиеся. Особенно велика здесь роль МВФ. Он оказывает поддержку только тем странам, которые соглашаются с неолиберальной моделью глобализации. Они должны проводить жесткую монетарную политику, сокращать социальные программы, осуществлять ускоренную приватизацию государственной собственности, стимулировать рост только экспортных производств, отказываясь от ориентации на комплексное развитие национальных производительных сил. Между тем без согласия МВФ и других международных экономических организаций большинство западных инвесторов не решаются вкладывать свои капиталы в ту или иную страну.
   Государство вынуждено принимать как реальность закономерности глобального рынка, которые подразумевают, что капиталы перемещаются в те страны, где контроль над предпринимательской деятельностью ослаблен, налогообложение минимально, где квалифицированная рабочая сила дешевле, экологические стандарты ниже и т.д. В этих условиях роль государства в управлении социально-трудовыми отношениями снижается.
   Следует также иметь в виду, что начиная с 1970-х гг. в западных странах (за исключением Северной Европы) происходит процесс ослабления профсоюзного движения. С 1970-х по 1990-е гг. доля наемных работников, объединенных в профсоюзы, в развитых странах снизилась с 33 до 26%. Это объясняется целым комплексом причин.
   Во-первых, многие профсоюзы оказались не в состоянии обеспечить эффективную защиту своих членов. В конце 1970-х - начале 1980-х гг. произошел раскол рабочего класса на работников перспективных и неперспективных отраслей; спрос на продукцию последних снизился. В число неперспективных в большинстве стран попали, в частности, горнодобывающая, особенно угледобывающая промышленность, черная металлургия. Многие производства, не требующие высокой квалификации рабочей силы (например, сборка автомобилей), переносились в развивающиеся страны. В этих условиях интересы работников перспективных и находящихся в упадке отраслей разошлись.
   Во-вторых, большинство лиц средней и высшей квалификации, особенно в передовых наукоемких отраслях, где применяются высокие технологии, предпочитают работать на основе индивидуальных трудовых соглашений, которые в большей степени, чем коллективные договоры, учитывают интересы данной категории работников. Руководство предприятий также максимально стимулировало расширение сферы применения индивидуальных контрактов.
   В-третьих, научно-технический прогресс на современном этапе определяет высокие темпы вытеснения из производства именно неквалифицированных и малоквалифицированных рабочих, число которых в середине XX в. было превалирующим. Одновременно возрастает спрос на работников высокой квалификации, занятых творческим трудом. Для них характерна приверженность новой системе ценностей, называемых постматериальными. Им свойствен интерес к повышению качества жизни, улучшению состояния окружающей среды, а не к проблемам уровня заработной платы и гарантированной занятости, волновавшим наемных работников старых отраслей.
   В-четвертых, в большинстве индустриальных стран сложился неблагоприятный для профсоюзов социально-психо- логический климат. Общество начало воспринимать попытки их лидеров защищать сохранение рабочих мест в традиционных сферах занятости как реакционную политику, препятствующую реализации назревшей потребности в модернизации экономики.
   В этих сложных условиях профсоюзы перестраивают свою работу, ищут новые, в большей степени соответствующие особенностям современного этапа экономического развития способы защиты интересов наемных работников. Например, одним из возможных путей решения проблемы занятости профсоюзы считают сокращение рабочего времени без урезания зарплаты. В ответ на требования профсоюзов о сокращении рабочей недели менеджмент выдвигает контрпредложения о введении режима гибкого рабочего времени. В результате в коллективных договорах появляются положения об использовании гибкого трудового года, позволяющего менять продолжительность рабочего времени в связи с колебаниями спроса, а также такие формы, как работа в субботу и воскресенье, сжатая рабочая неделя и др. В настоящее время многие договоры содержат положения о сокращении рабочего времени при повышении гибкости его использования. Эта практика получила наибольшее распространение в Германии.
   Проблема занятости в 1980-1990-е гг. обостряется в значительной степени из-за форсированного введения новых технологий и гибкой организации труда, предъявляющей новые требования к рабочей силе. Большинство профсоюзов признает значение новых технологий для обеспечения конкурентоспособности и считает, что ее потеря предприятием грозит занятости больше, нежели последствия, связанные с технологическими изменениями.
   Стремление профсоюзов влиять на изменения в области занятости, связанные с технологическим процессом, через коллективные договоры привело к появлению в странах Западной Европы так называемых технологических соглашений, получивших наибольшее распространение в Скандинавских странах. Цель этих соглашений - смягчение негативных последствий внедрения микроэлектронной техники и компьютеризации. Отраслевые технологические соглашения, как правило, предусматривают консультации с профсоюзами по вопросам внедрения микроэлектроники, переподготовку трудящихся, профессионально-квалификационный уровень которых не соответствует вводимой технике, а также улучшение условий труда. При этом корпорации обязуются гарантировать занятость.
   Таким образом, многие профсоюзные лидеры в Западной Европе признали необходимость формирования своих коллективных договорных требований с учетом их влияния на конкурентоспособность фирм. Это в первую очередь относится к вопросам гибкого использования рабочей силы и оплаты труда, а также гибкой организации труда.
   Несмотря на сокращение профсоюзного членства, почти во всех странах ЕС в 1980-1990-е гг., коллективные договоры продолжают охватывать подавляющую часть работников. Это объясняется тем, что в ряде западноевропейских стран законодательство разрешает правительству распространять крупномасштабные соглашения между профсоюзами и работодателями (их объединениями) на всю отрасль или регион. В результате этой практики в середине 1990-х гг., например, во Франции в профсоюзы входило 9,1% наемных работников, а коллективными договорами было охвачено 90% трудящихся, в Нидерландах - соответственно 25,6 и 80%.
   В 1980-1990-е гг. централизованная модель коллективного договорного регулирования (заключения соглашений на национальном, отраслевом и региональном уровнях), сложившаяся в странах Западной Европы, под давлением дерегулирования экономики, возросшей международной конкуренции обнаружила тенденцию к децентрализации. Она проявляется в переносе центра тяжести в переговорном процессе на уровень предприятия (организации). Такая политика инициируется руководством, стремящимся использовать более гибкие формы занятости, устранить или максимально ослабить влияние крупных профсоюзных организаций, поощрять индивидуализм среди рабочих через соответствующие изменения в системе оплаты труда. Однако и сегодня в большинстве стран продолжается заключение отраслевых соглашений, хотя ряд вопросов, входивших ранее исключительно в их компетенцию, перенесен на уровень предприятий.
   Работодатели и выражающие их интересы правоконсервативные силы в развитых капиталистических странах стремятся использовать экономическую глобализацию и ослабление профсоюзного движения для демонтажа сложившейся в прошлом системы социального партнерства.
   По мнению консерваторов, формирование социальной рыночной экономики в западных странах было достигнуто в значительной степени за счет политики перераспределения богатства между трудом и капиталом в пользу труда. Но в современных условиях такой путь неприемлем, поскольку крайне негативно влияет на эффективность и конкурентоспособность национальной экономики.
   Работодатели стремятся снизить удельные трудовые издержки, видя в этом важнейшее условие повышения конкурентоспособности в условиях глобализации. Однако, как показывают данные табл. 57, эта проблема остается достаточно острой. В одних индустриальных странах в 1990-е гг. удельные трудовые издержки сокращались, тогда как в других - продолжали расти.
   Интеграция в мировое хозяйство районов с дешевой рабочей силой давит на рынок труда и уровень доходов в развитых странах. В США это проявляется в первую очередь в снижении вознаграждения за проделанную работу, в Западной Европе - в высоком уровне безработицы. Как в США, так и в Европе быстро множатся депрессивные районы.
   Одним из проявлений глобализации являются постоянно возрастающие масштабы миграции (в том числе и трудовой).
   По данным ООН, в 2000 г. общее число международных мигрантов достигло 175 млн, более чем удвоившись по сравнению с 1970 г., и равнялось примерно 3% населения планеты. Причем около 60% их проживают в более развитых ее регионах: в Европе (включая страны Восточной Европы и Россию), Северной Америке, Австралии, Новой Зеландии и Японии. Географическая картина мира и перемены в ней за последнее десятилетие XX в. представлены в табл. 58.

Таблица 57. Среднегодовые темпы изменения трудовых показателей в промышленности зарубежных стран, 1990—2000 гг.

 Таблица 57. Среднегодовые темпы изменения трудовых показателей в промышленности зарубежных стран, 1990—2000 гг.

   В основных странах иммиграции пришлые жители составляют 5-20% населения и 10-25% его экономически активной части (табл. 59).

Таблица 58. Численность международных мигрантов, тыс. чел.  

Регион, страна
  

1990 г.
  

2000 г.
  

Изменение за 10 лет, %
  

Мир в целом
  

153956
  

174781
  

13,5
  

Более развитые регионы мира
  

81424
  

105119
  

27,9
  

Менее развитые регионы мира
  

72532
  

70662
  

-2,6
  

Африка
  

16221
  

16277
  

0,3
  

Азия
  

48856
  

49781
  

-0,4
  

Европа
  

48437
  

56100
  

15,8
  

Латинская Америка
  

6994
  

5944
  

-15,0
  

Северная Америка
  

27597
  

40844
  

48,0
  

Австралия и Океания
  

4751
  

5835
  

22,8
  

Таблица 59. Численность и удельный вес иммигрантов в общем и экономически активном населении развитых стран, 2000 г.

Страна
  

Иностранное население (ИН) тыс. чел.
  

Доля ИН во всем населении, %
  

Иностранная рабочая сила (ИРС), тыс. чел.
  

Доля ИРС во всем экономически активном населении, %
  

Австралия
  

4517
  

23,6
  

2365
  

24,5
  

Австрия
  

843
  

10,4
  

377
  

9,8
  

Бельгия
  

862
  

8,4
  

377
  

9,8
  

Великобритания
  

2342
  

4,0
  

1220
  

4,2
  

Италия
  

1388
  

2,4
  

246
  

1,1
  

Канада
  

4971
  

17,4
  

2839
  

19,1
  

Нидерланды
  

1615
  

10,1
  

298
  

3,7
  

США
  

28400
  

10,4
  

17400
  

12,4
  

ФРГ
  

7297
  

8,9
  

3429
  

8,8
  

Франция
  

5868
  

10,0
  

1571
  

6,1
  

Швейцария
  

1384
  

19,3
  

717
  

18,3
  

Швеция
  

1004
  

11,3
  

222
  

5,0
  

Япония
  

1686
  

1,3
  

155
  

0,2
  


   В то же время наступление консервативных сил в развитых странах наталкивается на достаточно сильное сопротивление трудящихся. В этих странах сохраняется влияние профсоюзов, давно сложилась система договорных отношений, развиты как досудебные, так и судебные формы защиты прав наемных работников. К тому же достигнутый уровень экономического развития создает объективные предпосылки для обеспечения высокого уровня и качества жизни.
 
< Пред.   След. >